Год назад я купил цепочку с перевернутой пентаграммой. Блестящей и очень заметной.
Обычно я ношу ее под рубашкой, но когда попадаю в кампанию людей с демонстративно одетыми поверх одежды крестиками или распятиями – я также демонстративно размещаю свою пентаграмму – чтоб невозможно было не заметить.
Это – сознательное и продуманное поведение.
Скажу больше – это моя социальная и гражданская позиция.
Сразу чтобы не было недоразумений. Отношение к религии у меня никакое. И любая церковь любой религии для меня всегда была чем-то вроде театра. Зашел, посмотрел, послушал. Интересно. Иногда - забавно, а иногда – просто здорово. Например, орган в Домском Соборе. Конечно, при выходе бросил денежку в кружку – а как иначе, если билетной кассы нет? На халяву с детства ничего не беру, не так воспитан. Может, кому-то покажется странным - но я никак не мог представить, что есть люди, которые самым всамделешным образом верят в бога и во все такое. Мне всегда казалось, что это – вроде игры или фона для каких-нибудь размышлений на абстрактную тему (или для медитаций – как у буддистов). Или, в крайнем случае, вроде традиции от злых духов или сглаза (как подкова на двери или три плевка через левое плечо). Исключение конечно есть – бабушки в черных платках около церкви. Но это тоже было объяснимо – маразм он и есть маразм. Кто в инопланетян начинает верить, кто - в Николу угодника или наоборот в Богородицу. Кому какое дело, если это никому не мешает. Жил это я жил с совершенно никаким отношением к религии в идеально-добрососедских с ней отношениях. Мне на нее было наплевать, ей, как я полагал, тоже наплевать на меня и на моих родных-близких. А потом настал, по выражению товарища Богомолова, «момент истины». Год назад дочка сестры, сообщила, что в английской школе запретили отмечать Хэллоуин. Юное создание переходного возраста было в расстроенных чувствах – что понятно: у детей отнимали праздник. Как человек, более свободно чувствующий себя в конфликтных ситуациях, выяснять оперативную обстановку в администрацию школы вместе с сестрой и несколькими возмущенными родителями, отправился я. Директор куда-то скрылся, пришлось общаться с заместителем или завучем (я не очень разбираюсь в их субординации). В общем – с нервным должностным лицом женского пола.
Я задал простой и понятный вопрос: «Кто автор запрета детского карнавала с тыквой, свечкой, маскарадом и прочими развлечениями, проводившегося при общем согласии четыре года подряд?»
Нервная дама мне ответила вопросом: «А вы знаете, что это – сатанинский праздник?»
Здесь я уже не на шутку возмутился: «Так, мэм. Стоп., Хэллоуин – это кельтский Самайн, он появился, когда сатану еще не придумали. Кельты – народ достаточно древний. И вообще, на календаре 2003 год. Какой еще сатана?»
Короче говоря, я в жесткой форме потребовал «фицальную гумагу», причем был уверен, что никакого официального документа по этому поводу существовать не может. Оказывается, я был наивен просто по-детски. Официальный документ существовал. Когда я прочел его, мне показалось, что меня поимела какая-то матрица. Позже я нашел эту «гумагу» в интернете. Привожу кусочек.
«Прикрываясь изучением английского языка, школьники и учителя, одетые в маски вампиров, вурдалаков, убийц, монстров и прочую нечисть, копировали жертвоприношение сатанистов пили томатный сок из бокалов, символизирующий человеческую кровь, то есть человеческое жертвоприношение (школа №58 г.Москвы), учащихся принуждали в этот день быть в масках
вампиров и пр. (школы №920 и №980 г.Москвы). Проведение хэллоуина в государственных и муниципальных образовательных учреждениях Российской Федерации следует рассматривать как навязывание учащимся своего рода игры в сатанистское мироощущение, навязывание вероучения и практики религиозного сатанизма, то есть как форму принудительного
вовлечения учащихся государственных муниципальных образовательных учреждений в религиозные объединения сатанистского типа и обучение учащихся сатанистской религии»
(Кандидат юридических наук, директор Института государственно-конфессиональных отношений и права Понкин И.В.).
Видя некоторое мое замешательство, дама пошла в психическую атаку с заявлением «у нас православная страна». Это она зря сделала. У меня с института четко отложились в памяти декреты еще советской власти «об отделении церкви от государства и школы от церкви», и я точно помнил, что эти декреты никто не отменял.
Не буду излагать продолжение устроенного нами скандала – это вопрос частный. То, что в данном случае Хэллоуин отстояли – тоже вопрос частный.
В интернете я стал искать истоки проблемы в полной уверенности, что господина кандидата наук Понкина случайно выпустили из сумасшедшего дома, приняв кратковременную ремиссию за выздоровление. Не вернули обществу полноценного гражданина. Недоглядели, в общем.
И опять оказался по-детски наивен. В нескольких официальных источниках я узнал, что Россия, оказывается - страна с православной культурой (т.е. заявление той дамы не было ее частным мнением). Сверился с конституцией. Нет, по конституции - ни фига не с православной. Наоборот, с многоконфессиональной, светской и далее в том же роде. Затем я обнаружил, что в ближайшее время предполагается ввести в школе предмет «основы православия» (или православной культуры – не суть). Опять сверился с конституцией. Убедился, что по конституции ничего подобного в школе быть не может: как дедушка Ленин отделил ее от церкви, так она от церкви и отделена, теоретически, по крайней мере. Одновременно я стал обращать внимание на то, что в общественных местах непонятно на какие деньги (как оказалось – на деньги налогоплательщиков) строятся церкви, а в государственных учреждениях появляются совершенно неуместные там иконы. Что патриархи и митрополиты по непонятной причине заседают в государственных органах, что на церковные праздники администрация страны выстраивается по стойке смирно на мессу, молитву или как там это у них называется. Стал по телевизору социально-ориентированные передачи смотреть – обнаружил массу попов и всяких православных деятелей, с лексикой, достойной какого-нибудь импортного Торквемады или нашего отечественного Победоносцева с православием-самодержавием и еще чем-то.
Наконец, обнаружил, что в любимом мной университете устроили какую-то «домовую церковь святой Татьяны» (тоже, надо полагать, не за счет копеечек из церковной кружки).
Что-то здесь не так – подумал я – и стал более детально знакомиться с вопросом. В частности, выяснить, а что же делает в связи с этим атеистическая общественность. Ведь не может же она молчать в тряпочку, когда в XXI веке устраивают кампании по борьбе с сатанизмом, а в школе натурально намереваются вводить «закон божий».
Ознакомился. И был поражен беззубостью и беспомощностью этих самых атеистов.
То есть, на любом транслируемом по ТВ мероприятии, православные попы обращаются с атеистами, как со скотом (или как с неграми до реформы Линкольна) и, не скрывая, говорят, что мы вас запишем в красную книгу, закопаем и вообще, уничтожим как класс.
А у атеистов в ответ какое-то сюсюкание: «с одной стороны, нельзя не признать, но с другой стороны нельзя не отметить».
Вот умнейший дядька Виталий Лазаревич Гинзбург, академик, атеист (в некотором смысле знамя российского атеистического движения), пишет: «Я почувствовал, что обидел человека, извинился и сказал: если бы я был Робинзоном Крузо и мне предложили на выбор двух Пятниц, один был бы атеист, а другой верующий, я выбрал бы верующего, потому что вероятность того, что он ночью убьет меня топором, была бы меньше».
Ничего себе позиция!
Или: «Важно обеспечить в России то, что называется свободой совести, то есть для каждого
гражданина возможность свободного выбора между атеизмом, агностицизмом и
религиозностью, причем с принадлежностью к любой конфессии (разумеется, такая
свобода не относится к воинствующим и изуверским сектам).»
Вот номер-то! Свобода, но «изуверские» секты – под запрет. Я сразу вспомнил про Хэллоуин… Еще у Гинзбурга: «В общем, можно сказать по-простонародному, что церковь предлагает науке "жить дружно" и даже сотрудничать. Такое сотрудничество в известных пределах возможно, ибо церковь защищает "свои" чудеса, оберегает свою территорию и борется со всяким шарлатанством, суевериями, астрологией, бесовщиной и т.п. Религиозные же чудеса не приносят обществу, людям такого же вреда, как обращение к знахарям, астрологам и т.д.».
Вот вам и атеист… «Борется с бесовщиной»….
Снова вспомнил про Хэллоуин, как «обучение учащихся сатанистской религии» (по словам психопата юридических наук Понкина)…
Эх, Виталий Лазаревич, что вы делаете. Церковь-то совсем другую лексику использует.
«Если XX век был ознаменован гибельным распространением атеизма и материализма, приведшим к разрушительным последствиям в нашем Отечестве, то век нынешний, ХХI, заставляет нас выносить на повестку дня обсуждение таких явлений, как необратимое искажение духовного сознания во всем мире, влекущее за собой всеобщее падение нравственности, распространение неоязычества, терроризма и других губительных явлений современности.».
Это патриарх Алексий II сказал, на архиерейском соборе, публично, на всю страну. Взял – и щедро плеснул помоями на всех атеистов-материалистов, включая чересчур тактичного Виталия Лазаревича Гинзбурга.
А Виталий Лазаревич глубокомысленно рассуждает: «Я понимаю, что вера в Бога и религия способны помогать людям, особенно в тяжкие минуты. Религия может также способствовать укреплению морали и соблюдению этических норм».
Какие, на фиг, «этические нормы»? посмотреть на парочку отмороженных депутатов госдумы – Чуева и Нарочницкую. Или на дьякона вся Руси Кураева. Или на архипопов Чаплина и Кирилла-Гундяева. Там просто туши свет - Геббельс отдыхает.
И что – с такими людьми общаться на уровне «Простите пожалуйста, я случайно не поцарапал своими очками ваш кулак? Извините, я не испачкал вам рукав кровью из своего разбитого носа?»
Нет, не то, чтобы я экстремист – наоборот, предпочитаю конфликты решать по возможности мирно. Но ведь всему есть предел. Когда какая-то организация начинает, как танк, наезжать траками на все остальное общество – тут, как выражается президент Путин «лучший ответ террористам – пуля в лоб».
Как бы хрестоматийная истина – от безнаказанности подонки наглеют. Особенно – идейные подонки (немецкие фашисты или православные - не суть). Безответность жертвы их заводит и они сладострастно пинают ее ногами.
Невозможно остановить дуреющих от вседозволенности погромщиков или террористов, соглашаясь с ними и признавая что «они в чем-то правы» - потому что бесчинствующие мерзавцы не правы ни в чем и никогда.
Вот поэтому я ношу перевернутую пентаграмму.
Это – не эмблема какой-либо веры, потому что я принципиально и твердо неверующий.
Это просто знак готовности к сопротивлению в той форме, в которой будет необходимо.
Как выражался Гете «лишь тот достоин счастья и свободы, кто каждый день за них идет на бой».
Каждый день – это, все-таки, слишком, но когда надо - я готов.
Считайте меня сатанистом.