Hexenhammer XXI – угроза безумия.

Светлой памяти Петра Александровича Тревогина (1.07.1933 – 14.02.2005) – блестящего ученого и полемиста, доказавшего важную теорему: общество, не защищающее разум, обречено на безумие.

«До меня дошло: христианин разозлился на меня за то, что я мало того, что сам позволяю себе думать над Священным Писанием, так еще имею наглость и его подбивать на это нечестивое занятие». (П.А.Тревогин)

***
«Молот ведьм» или "Hexenhammer" (1486г.) – трактат, объединявший легенды о черной магии с церковным учением о ереси. Его авторы (Яков Шпренгер, Генрих Крамер) стремились строго реализовать библейское указание: "Не оставляй ворожеи в живых" (Исход, 22,18). Руководство для охоты на ведьм переиздавалось не менее 29 раз….
***

В серьезной журналистике принято придерживаться правила отстраненной объективности. Как бы не кипели страсти – долг журналиста быть над схваткой и предоставить читателю самому судить, кто прав. Но это правило подходит лишь для случая, когда общество имеет возможность наблюдать свободную полемику сторон. Совсем другое правило действует, если у одной из сторон заткнут рот и связаны руки, а вторая в порядке полемики публично хлещет ее по щекам. В этом случае долг журналиста назвать вторую сторону - подонками, а зрителей, которые приветствуют такой способ ведения спора – сбродом.

Речь у нас пойдет о степени совместимости клерикализма и прогресса, о последствиях государственного протекционизма в сфере религии, и об особой исторической роли одной религии - православия.

«…признавая особую роль православия в истории России, в становлении и развитии ее духовности и культуры» - сказано в преамбуле российского закона «о свободе совести». С истории этой роли и начнем.

Еще в VIII веке Русь называли Гардарикой - страной городов, хотя централизованное государство было основано только в 862 г. Рюриком. После успешных походов Олега и Святослава в 882 – 965 г.г., русские земли простирались от Черного до Белого моря и от Днестра до Волги. Таков был итог дохристианского (языческого) развития Руси.
Затем в 988 – 991 г.г. Русь была крещена в византийское христианство князем Владимиром и уже при его жизни стала распадаться на части. К концу XI в. древнерусское государство перестало существовать. Через полтораста лет Русь стала колонией Золотой Орды. Таков был исторический итог крещения Руси.

В середине XV века Золотая Орда распалась, Русь вновь стала независимой, а церковь приобрела автономию в форме московской патриархии (МП РПЦ). Через полвека эта церковь уже начинает сжигать оппонентов заживо и интриговать с целью получения власти – наподобие папской власти в западной Европе. В XVII в. это ей почти удается. Результатом становится раскол, массовые казни, гонения на иностранцев и прочие проявления христианской культуры. «Архиереи все решают и судят, вы же должны им только повиноваться и не пре-кословить, ибо они носят на себе образ Христа. Мы за то вас мучим и жжем, что еретиками нас называете, и церкви не по-винуетесь» (патриарх Иоаким). Таков был исторический итог обретения церковной автономии МП РПЦ.

Царь Петр I оказался человеком нечутким и не распознал в происходящем ростков «духовности и культуры» - поэтому счел за благо упразднить патриаршество и административно подчинить церковь государству. Сделав это, он в 1702 г. издал указ о веротерпимости и Россия начала наконец развиваться, как европейская держава нового времени. А церковь стала чем-то вроде министерства идеологии – и в 1917-18 году была разгромлена революцией за кампанию с другими институтами зажившегося на свете самодержавия. Правда, перед этим иереи успели собраться на съезд и учредить «Московскую патриархию – 2» (в замен упраздненной Петром I).
Эта МП-2 была востребована советским правительством в 1927 г. для тех же целей, что при Петре. По заданию идеологического отдела ЦК, церковь должна была заниматься разъяснением преимуществ советского строя среди наиболее темной части населения (политпросветом следовало охватить всех, в т.ч. деревенских дурачков и неграмотных бабусь в черных платочках – каковые в основном и составляли паству РПЦ в советский период).

Следующие 60 лет МП РПЦ профессионально восхваляла советский строй и его лидеров, особенно усердствуя в отношении «великого вождя и учителя всех времен и народов товарища Сталина». Товарищ Сталин весьма ей за это благоволил и, по ее просьбам (а точнее - доносам), жестоко расправлялся с «инославными» или «нелояльными» священниками и христианами - «сектантами». Итог этого этапа – редкий памятник культуры: поздравительный адрес от РПЦ к товарищу Сталину в связи с его 70-летием. : «мы видим в Вашем лице не только великого государственного человека и Вождя, направляющего жизнь народов в новое русло истории, но и отечески заботливого попечителя… В 1948 году Русская Православная Церковь вновь ощутила Ваше содействие в деле проведения церковных торжеств по случаю 500 летия ее автокефалии… Благодаря Сталинской Конституции церковные люди нашей страны могут не только свободно осуществлять свои церковные идеалы, но и принимать участие в общественной и государственной жизни. Обязанные Вашей государственной мудрости полнотой и свободой своей церковной жизнедеятельности, русские православные люди… шлем Вам молитвенное пожелание многих лет жизни на радость и счастье нашей великой Родины, благословляя Ваш подвиг служения ей и сами вдохновляясь этим подвигом Вашим.»
Как это трогательно – просто слезы наворачиваются на глаза. И как только повернулся язык у патриарха Алексия II сказать на архиерейском собора 2004 г.: «XX век был ознаменован гибельным распространением атеизма и материализма, приведшим к разрушительным последствиям в нашем Отечестве»?
Ответил, что называется, презлым за предобрейшее. А еще говорит, будто в Бога верует – ну, да ладно, не будем забегать вперед.

После падения советской власти в 1991 г. МП РПЦ была обласкана администрацией президента Ельцина и стала сладострастно втаптывать в грязь память о «безбожной» власти, чьи сапоги самозабвенно лизала еще несколько лет назад. Новая власть из каких-то соображений решила, что в качестве средства массовой фрустрации, церковь лучше, чем дешевая водка эпохи брежневского застоя.

Власть ошиблась.

Во-первых, РПЦ никак не заменила водку, а наоборот, приняла активное участие в торговле этим популярным напитком.
Во-вторых, РПЦ оказалась много хуже водки, а православный фундаментализм – гораздо опаснее бытового алкоголизма. Водка вредила мозгам тех, кто ее потреблял. РПЦ стала вредить мозгам всего общества, поскольку такая церковь может комфортно существовать только в среде невежественного и суеверного народа.
Церковь моментально объявила себя непререкаемым источником нравственности и столпом вечных истин – при этом не стесняясь спекулировать табаком и водкой, отмывать грязные деньги организованных преступных групп и запускать руку в карманы налогоплательщиков, безвозмездно получая земельные участки в городах и отстраивая там свои храмы за счет бюджетных денег.

Уже 10 лет иерархи РПЦ открыто поливают помоями науку, глумятся над Конституцией России и международными пактами о правах человека, провоцируют акты насилия против неверующих и иноверцев, издают оскорбительные энциклики в их адрес.
А власть одобрительно кивает – что, в частности, проявляется в непременном присутствии на церковные праздники высшего правительственного состава «при исполнении должностных обязанностей» в церкви перед телекамерой. Это – уже грубое нарушение закона, но есть и грубейшие: удивительные договоры «о сотрудничестве» между МП РПЦ и министерствами, региональными администрациями, милицией, оборонным ведомством.
Напомню (если кто-то забыл) по конституции государство отделено от церкви, все религии признаются равноправными и государство не в праве отдавать предпочтение какой-либо религии... Но это все уже теория, практика же с ней ну никак не соотносится.

Позиция власти – это сигнал для многих и многих. Вот уже перед церковниками начинают пресмыкаться маститые деятели науки и образования.
В университетах (!) выделяются помещения под т.н. «домовые храмы» и всяческие «общества православных ученых».
21.01.1999 г., появляется открытое письмо министру образования В.М.Филиппову. Его подписали наряду с патриархом Алексием II: Президент Российской академии наук, академик Ю.С. Осипов, Президент Российской академии образования, академик Н.Д. Никандров, Ректор МГУ, председатель Российского союза ректоров, академик РАН В.А. Садовничий. Приводя выдержки из этого позорного документа, я не могу удержаться от некоторых комментариев.
Итак, читаем послание трех академиков.

«…Самый значительный недостаток советской школы - ее тотальная зависимость от формальной коммунистической идеологии - теперь отсутствует. Но кто и чем заполняет образовавшийся вакуум? Оказывается, тот, у кого просто больше денег. Как показало минувшее десятилетие, это могут быть Мун или другие секты, это порнография и обучение «безопасному» сексу в угоду мировым фармацевтическим фирмам, сбывающим свою контрацептивную продукцию на большом русском рынке, наконец, это наркомания, насаждаемая еще в средних классах школы».
(В какой школе академики видели порнографические снимки на стенах и кокаин в столовой? Где они наблюдали проповедь преподобного Муна в классах? И почему, собственно, выпускник школы должен быть в полном неведении о том, откуда берутся дети, как передаются венерические заболевания и на что одевается презерватив? Им что, все это в жизни не нужно? Как это академики смешали в одну кучу наркотики и сексуальное просвещение? Ниже я отвечу на этот вопрос – а пока читаем дальше)

«Действующее законодательство, администрация и структуры правопорядка «почему-то» не способны воспрепятствовать неотвратимой гибели ближайших поколений. В то же время, весь мировой опыт убедительно свидетельствует, что Церковь, религиозное воспитание с успехом противостоят разврату, наркомании, сектантскому зомбированию личности, умеют вырабатывать у детей и молодежи необходимый иммунитет в отношении губительного для нации нравственного разложения».
(Шизофреническая идея «неотвратимой гибели» явно происходит из библейского апокалипсиса, а вот пассаж о церковном воспитании, якобы противостоящем страшному «зомбированию», а заодно – «разврату» и наркотикам, это уже из пропагандистского арсенала современной РПЦ. Показательно, что академики здесь полностью переходят к клерикальной лексике).

«Однако наше законодательство, продолжая оставаться в плену советского атеизма и атеистически понятых «демократический» идей, упорно борется со всякой возможностью реального христианского влияния в государственной школе…»
(термины «плен атеизма» и слово «демократические» в кавычках уже достаточно характеризуют степень промытости мозгов академиков… или степень их продажности).

«Поднимая авторитет христианской науки, а следовательно, христианского образования и воспитания, мы сможем трудиться над возвращением нашего народа к нравственности жизни, к нормам христианской морали».
(Неловко называть пожилых людей «проститутками», но другое слово подобрать сложно. Христианский закон Ома… Православный закон всемирного тяготения… Библейская таблица умножения… Церковная анатомия и физиология).

«Кроме того, эти меры помогут исключить вопиющие факты антигосударственной образовательной деятельности сектантства, которое становится подлинным государственным бедствием.»
(А это уже другой жанр: жанр лживых доносов образца 1937 года. Авторы таких текстов на сленге того времени именовались словом, обозначающем обычно самку собаки. На самом деле, «подлинным государственным бедствием» и тогда и сейчас являются не какое-то мифическое «сектантство», а обычные подонки в системе науки и образования).

«В канун величайшего юбилея мировой истории, 2000-летия христианства, мы обращаемся к Вам с просьбой содействовать возвращению прав гражданства в России христианской православной науке, культуре и нравственности, решительно воспрепятствовать развращающим молодежь тенденциям.»
(Какая патетика: «величайший юбилей мировой истории»… Видимо, трем академикам для душевного комфорта необходимо лизать чью-то задницу. Раньше лизали партии, теперь лижут церкви. Правда, при этом смешно звучат их слова о «развращающих молодежь тенденциях». Что может развращать сильнее, чем вид академиков, утративших всякое представление о собственном достоинстве и элементарной порядочности?)

Я не ученый, а журналист, но у меня все-таки есть некоторое образование, которое позволяет более-менее адекватным образом видеть мир и оценивать происходящие в нем события. Полагаю, что такая возможность есть у любого нормального человека, который закончил среднюю школу. И любому такому человеку, по-моему, очевидно:
То, что сказано в письме с наукой просто несовместимо. То, что эти люди по статусу выступают якобы «от имени науки» - не только огромный позор для всех настоящих ученых и вообще для цивилизованного общества. Все гораздо хуже. Эти люди определяют политику в науке, от них зависит, какие исследовательские и образовательные программы будут развиваться и финансироваться, а какие – просто будут закрыты. Из письма видно, какие именно программы будут иметь приоритет, и к науке они явно не относятся. Целью этих программ будет обслуживание интересов церкви путем подкрепления клерикального мракобесия авторитетом «научности».
Немного забегая вперед, приведу пример из сегодняшней практики:

«18 февраля 2005 г. Президиум Высшего аттестационного комитета (ВАК) РФ в соответствии с рекомендацией экспертного совета принял решение выдать диплом кандидата философских наук А.В. Тонконогову. Защита диссертации "Сектантство как социальный феномен" состоялась 22 апреля 2004 г. в Академии управления МВД России… При защите диссертации были допущены грубейшие процедурные нарушения, а сама она была выполнена на крайне низком методологическом и содержательном уровне… текст диссертации не был доступен в библиотеке Академии для ознакомления, как того требуют правила ВАКа.
Однако, экспертный совет по философии, социологии и культурологии пришел к выводу, что "диссертация соответствует требованиям, предъявляемым к кандидатским диссертациям Положением о порядке присуждения ученых степеней". Членов совета нисколько не смутили "научные" выводы диссертанта, среди которых:
- предложения по совершенствованию законодательства Российской Федерации (в частности, введение в российское законодательство понятий "сектантство", "секта", "ритуальное преступление");
- предложение по созданию организации, объединяющей усилия правоохранительных органов, различных государственных и общественных структур, и координирующей на международном уровне деятельность правоохранительных органов по вопросам профилактики социально опасных форм "сектантства";
- идея создания в структуре криминальной милиции нового подразделения "по борьбе с социально опасными формами сектантства и культово-ритуальными преступлениями".
Президиум ВАК (протокол 8к/6) согласился с рекомендацией экспертного совета, ограничившись замечанием в адрес диссертационного совета Д.203-002.03 при Академии управления МВД России по процедуре защиты.» (Портал-Credo.Ru)

Вот такая, с позволения сказать, милицейско-церковная «наука».

А тем временем, при приходах РПЦ создаются «православные братства», а проще говоря – отряды боевиков с промытыми мозгами.
В ход уже идут обрезки стальной арматуры, огнестрельное оружие, бутылки с зажигательной смесью. Милиция каждый раз или никого не находит, или находит но… не находит в их действиях состава преступления. Оказывается, «сектантов» и «еретиков» можно бить арматурой. Сюрприз… Весьма вероятно, что скоро дело дойдет и до взрывчатки.

Патриарх Алексий II сказал на упомянутом выше архиерейском соборе 2004 г. буквально следующее:
«век нынешний, ХХI, заставляет нас выносить на повестку дня обсуждение таких явлений, как необратимое искажение духовного сознания во всем мире, влекущее за собой всеобщее падение
нравственности, распространение неоязычества, терроризма и других губительных явлений современности. Однако не следует пугаться неизведанности, сидеть бездействуя, сложа руки. Церковь есть "столп и утверждение истины" (1Тим. 3.15): она хранит истину в полноте и поэтому может дать ответы на все вопросы. Многие из процессов находятся только в начале своего развития, и мы должны приложить максимум усилий, чтобы их остановить или направить в нужное русло. У нас есть для этого силы и опыт, знание и вера.»

Фактически, рождаются экстремистские формирования, полностью аналогичных исламским шахидам, показательное выступление которых весь мир наблюдал 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке. Гражданское население нашей страны тоже имеет богатый опыт наблюдения религиозных экстремистов в действии – от московского метро до Беслана.
Очень показательно в смысле мотивационных параллелей, что ортодоксы РПЦ и ортодоксы-исламисты демонстрируют трогательное взаимопонимание в т.н. «Межрелигиозном совете России», на словах осуждая религиозный терроризм, и одновременно натравливают фанатичных последователей своих религий на т.н. «неверных» - «инославных», «сатанистов», «кяфиров», «сектантов», «безбожников».
Они прекрасно понимают друг друга, у них общие интересы:
У одних – дело Юрия Самодурова, у других – дело Салмана Рушди.
У одних – исламский джихад и новый халифат, у других – православное служение и третий Рим.

Все это, в общем-то, очевидно. Тем не менее, светская власть демонстративно потворствует обнаглевшим иереям, дьяконам и епископам, периодически заявляя об «особой роли православия в истории России». Власти, еще в плену иллюзий относительно того, во что встанет и чем обернется эта «особая роль».

Когда в январе 2003 года наемники православной церкви средь бела дня разгромили выставку «Осторожно, религия!» в Общественном центре имени Сахарова, я полагал, что на этот раз они перегнули палку.
Но ничего подобного - суд оправдал мерзавцев, признав за православными деятелями право на погром во славу церкви и с одобрения ее клира, дуреющего от собственной безнаказанности.

В 2004 году распоясавшиеся клирики распространили настоящий проскрипционный список из 400 наименований неугодных организаций и конфессий – а власть угодливо занялась преследованием этих конфессий.

В 2005 году совершилось отвратительное надругательство над правосудием. Сотрудники центра имени Сахарова были преданы инквизиционному трибуналу, функции которого позорно принял на себя федеральный Таганский суд Москвы. Суд рассматривал дебильные экспертные заключения, где экспонаты выставки признавались преступными, т.к. «демифологизируют мифы», разрушают сакральное» и пытаются «внедрить в сознание человека профанный объект (сосиски) в качестве предметной ценности, достойной находится на Кресте».
Пятнадцать честных и порядочных правоведов сухо констатировали:
«Полагаем, что введение ответственности фактически за т.н. богохульство является прямым противоречием европейским тенденциям и конвенционально защищаемым ценностям.».

Но суд их игнорировал.

Судили не по современному праву, а будто по трактату 1486 г., «роковой книге средневековья» - Hexenhammer, известной русским читателям, как «Молот ведьм». И признали виновными, как святотатцев и сатанистов. Приговор был оглашен под радостные крики молодчиков со свастиками на рукавах, представлявших влиятельное фашистское крыло православного движения. «С этого момента Россия больше не является цивилизованным светским государством» - констатировали правоведы международных юридических организаций. Церковь изнасиловала правосудие.
Теперь, ссылаясь на полученный судебный прецедент, она пошла по России, топча любые проявления нелояльности к патриархии и непочтительности к православным фетишам (иконам, распятиям, причастиям и прочей культовой мишуре).

«Задача инквизиции - истребление ереси; ересь не может быть уничтожена, если не будут уничтожены еретики; еретики не могут быть уничтожены, если не будут истреблены вместе с ними их укрыватели, сочувствующие и защитники». (Бернар Ги, французский инквизитор XIV века.)

Дорвавшаяся до власти христианская церковь не терпит свободомыслия ни в какой форме – это закономерность, подтвержденная многократной и кровавой экспериментальной проверкой. Католическая инквизиция. Кальвинистская консистория. Трибунал конгрегационалистов в Салеме. Отдел внешних церковных связей МП РПЦ в России.
Церковь хочет диктовать свои правила игры везде – в парламенте, в армии, в милиции, в суде, в школе, в университетах, в театрах, на улицах, в мэриях городов.

«Русская православная церковь (РПЦ) одержала новую победу в борьбе за право вмешиваться в сугубо светские мероприятия. На этот раз церковной цензуре был подвергнут фестиваль современного искусства "Terror Incognito-2", прошедший в минувшие выходные в Архангельске. По настоянию епископа Тихона, который усмотрел в фестивальных плакатах "кощунственные инсинуации относительно символа распятия Господа Иисуса Христа", местная власть выдвинула организаторам фестиваля ультиматум: или они выполняют требования церкви, или молодежный праздник будет запрещен. Дело в том, что на расклеенных по городу афишах в названии фестиваля буква "О" нарисована в виде винтовочного прицела, внутри которого распята фигурка человека. На вопрос "Известий", почему запретили молодежный фестиваль, мэр Архангельска Александр Донской лишь развел руками: Так епископ Тихон считает их сатанистами...» (Известия, 21.04.05)

Организаторы фестиваля в итоге позорно прогнулись перед церковной цезурой. Не очень-то симпатичная позиция, но их можно понять. Против них действовала не церковь – против них действовала власть, практикующая полицейские методы инквизиции.

«Со стороны сотрудников милиции звучала нецензурная брань, оскорбления и угрозы, в том числе по отношению к женщинам высказывались угрозы изнасилования. Самыми употребимыми были слова: секта, сектанты, сброд, притон, проститутки и т.п. 46 человек были задержаны и отвезены в Первомайское РОВД, где были помещены в общую камеру. Некоторым предлагали подписать чистые листы протоколов допроса. Затем по одному вызывали на допросы. Вопросы, перемежающиеся угрозами, сводились к одному – почему ты ходишь в эту секту, а не в "нормальную церковь"? Кто привел в церковь, какую зарплату получает ваш пастор? Где у вас хранится оружие, наркотики?» (Экстренное заявление Российского объединенного Союза христиан веры евангельской о нападении отряда ОМОН на верующих в Ижевске. 15.04.2005 г.)

Безумие разрастается. Увлечение «Молотом ведьм» охватывает уже и правоохранительную систему, и столичных законодателей. При чтении следующего материала кажется, будто часы истории пошли назад и мы вернулись в XVI век:

«В Мосгордуме прошли слушания на тему «О распространении в Москве аморальных культов». Очень скоро все собравшиеся – священник, мулла, раввин, милиционер из ГУВД, доктор из НИИ им. Сербского, депутаты МГД – сошлись во мнении, что в основе сатанизма лежит оккультизм. А значит, главное зло, с которым необходимо бороться, – это столичные экстрасенсы, колдуны, маги черные и белые, прорицательницы и прочая нечисть. Озабоченность депутатов разделяют и представители всех конфессий Москвы. Верховный муфтий Нафигулла Аширов заявил, что деятельность оккультных сект – это духовный терроризм и угроза безопасности страны: «В советское время закон категорически запрещал такие явления. Если Москва примет законодательную инициативу по пресечению вакханалии, которая разрушает души и жизни людей, – это будет понято и принято как простыми людьми, так и всеми конфессиями». депутаты решили рекомендовать религиозным деятелям и сотрудникам ГУВД объединить усилия в борьбе с аморальными культами в столице. («Вечерняя Москва» 52 (24097) от 28 марта 2005).

Ну, конечно: «ворожеи не оставляй в живых», как сказано в Библии. А муфтий Нафигулла, представляющий ислам, лучше помолчал бы о терроризме. Москва за последние годы пережила три террористических акта исламистов с сотнями человеческих жертв. Кстати, ни одного теракта оккультистов и экстрасенсов и магов истории не известно.

«…к законодателям обратились также служители Церкви. Их возмутили подростки, которые в последнее время вовсю используют сатанистскую символику, выкрикивают антихристианские лозунги… «По словам специалистов, проблемы сатанистов очерчиваются во многом психиатрией, — рассказывает Михаил Москвин-Тарханов. — Это часто молодые социально запущенные хулиганы. Всего, по разным данным, в Москве существует от 30 до 80 групп, в которых насчитывается порядка 2 тыс. человек. Для начала необходимо закрыть хотя бы соответствующие сайты в Интернете. Но, к сожалению, никаких законодательных рычагов для этого нет. Нужно выискивать людей, которые являются организаторами. Их можно привлечь к ответственности, потому что они враждуют с христианством и совершают антиобщественные поступки». (АиФ Москва, № 13 (611) от 30 марта 2005 г.)

Вообще-то, скорее проблемы Михаила Москвина-Тарханова «очерчиваются во многом психиатрией». Или он сам является клиническим идиотом, или считает идиотами своих избирателей (и тогда время покажет, насколько он прав).
Наиболее примечательна идея, что неких организаторов «можно привлечь к ответственности, потому что они враждуют с христианством» несмотря на то, что «никаких законодательных рычагов для этого нет».
Действительно, можно – если суд использует Hexenhammer вместо уголовного кодекса.

В таких условиях следует вспомнить и об аутодафе – т.е. сожжении еретиков, колдунов и ведьм, как это практиковалось РПЦ в XV – XVII веках. Симптоматично, что незадолго до нового года мне в руки попал текст к защите еще одной диссертации – на этот раз по истории. Соискатель доказывал, что сожжение еретиков в срубах при патриархах Никоне и Иоакиме, не было антигуманным, в отличие от католической практики сожжения на столбе. При нашем, российском методе, жертва, видите ли, безболезненно умирала от отравления угарным газом, не успев получить серьезных прижизненных ожогов. С учетом позиции ВАК, думаю, этот скот получит свои корочки доктора исторических наук – в связи с актуальностью темы...

Написал – и подумал: а если завтра в Московской области православные деятели соорудят сруб и сожгут в нем какого-нибудь еретика или безбожника. Или ведьму. Или «готично» одетую девушку. Что будет?
Что каждый из нас будет в этом случае делать?
Вопрос не праздный – так что рекомендую всем подумать на эту тему заранее.

http://roflocksley.livejournal.com/602.html

День храмо-ларька.

Вот уже второй раз участвую в многолюдном диспуте на тему о «православных храмах шаговой доступности» (т.е. культовых сооружениях из фанеры, которые МП РПЦ планирует размещать во дворах жилых домов Москвы и Петербурга «для удобства паствы»). Каждый раз появлялись предложения уничтожать эти объекты, если только их начнут строить. Возникали упоминания «коктейля Молотова» и других аналогичных средств разрушения. Заглянув в себя, я обнаружил, что идея бескомпромиссной ликвидации «фанерных храмов» вызывает у меня адекватный порыв, т.е. эмоционально я полностью поддержал бы такой радикальный метод. Но грош мне была бы цена, как рационалисту, если бы я не попытался разобраться в своих мотивах и источниках эмоций.

Чем, по сути отличается такой ларек-церковь от ларька с попсовыми дисками (которые я не слушаю) или ларька с пивом «балтика» (которое я не пью)? Конечно, я возражал бы против установки таких объектов, но никогда не поддержал бы их экстремального уничтожения.

Может быть дело в том, что храмоларек – это культовое, религиозное сооружение? Да нет, не в этом. Я достаточно индифферентно отношусь к религии, хотя некоторые нравятся мне больше, а некоторые - меньше. Авраамические культы (в т.ч. православие) относятся ко второй категории, но все равно, если бы кто-то из сильно верующих жильцов сам для своей семьи сделал бы рядом с домом ларек-храм, ларек-мечеть или ларек-синагогу, я не стал бы особо возмущаться. Скорее посмеялся бы.

Но вот что интересно: если бы любая (все равно какая) конфессия стала конвейерным, массовым методом собирать культовые ларьки чтобы поставить их во все дворы – моя реакция оказалась бы резко отрицательной.
Насколько резкой? Как ни странно, это зависело бы от конфессии, причем не от ее вероучения, а от ее политики. К примеру, если бы началась кампания по возведению ларьков-мечетей, я так же без колебаний одобрил бы применение к ним «коктейля Молотова». В чем здесь сходство таких разных вероучений, как ислам и православие?

А сходство вот в чем: и та, и другая конфессия - это борцы за мир. Причем за весь. И, захваченную часть мира они метят. Примерно так же, как хорьки в сезон размножения метят «свою территорию» пахучими выделениями своего организма. Во дворе твоего дома возвели храмоларек? Значит, ты уже помечен, как собственность МП РПЦ.
Получается, дело не в какой-то паршивой фанерной коробке с маковкой и крестом, а в ее символическом значении, как метки, как печати «имущество церкви».

Нечто колоссально оскорбительное для свободного человека есть в этом массовом производстве храмоларьков – меток для последующей установки на «территории церковного размножения». Вроде бы и прямого вреда не причинено, но будешь чувствовать себя, как человек, «помеченный» сексуально озабоченным хорьком.

Кто-нибудь скажет: ну, а если православным гражданам эти ларьки нужны, чтобы отправлять свою культовую потребность? У них же есть право исповедовать свою религию.
Хорошо. Сейчас я скажу, в чем их культовая потребность. Совсем не в том, чтобы пойти и помолиться своему богу и участвовать в своих ритуалах (для этого храмов хватает, их в мегаполисах множество и они стоят почти пустые). Нет, эти храмоларьки нужны, чтобы «православный гражданин», выходя из дома, смотрел на маковку с крестом и говорил: «это – наше, нашим хорьком помечено».

Совсем не спроста в эпоху «крещения Руси» православные храмы старались ставить поверх разрушенных языческих капищ.
Ни буддисты, ни язычники никогда так не делали. Они возводили свою культовую постройку рядом с чужой, а то и просто пользовались чужим храмом, добавляя в его интерьер изображения своих божеств или свои культовые предметы. Так было при распространении буддизма в синтоистской Японии. Там до сих пор многие себя причисляют и к буддистам, и к синтоистам.

У мусульман или христиан-ортодоксов не так. Им важно не просто поставить свое, а непременно сделать это, уничтожив чужое. Даже когда не хватало средств построить храм - все равно рушили капище, а на этом месте втыкали крест. «Помечено православным хорьком».

Характерный штрих: во время гражданской войны в Косово, враждующие стороны – православные и мусульмане – первым делом старались уничтожать храмы и мечети. Стирать чужие метки с территории. Обе конфессии имеют одинаково хорьковые повадки, и они прекрасно понимали друг друга. Православный храм или мусульманская мечеть ставится не для того, чтобы свои могли в ней отправлять культ. Нет, у этих объектов другое назначение: заставить других, «чужих» признать эту «метку». Если здесь стоит православный храм – это православная территория, если стоит мечеть – исламская территория. А дальше на «своей территории» устанавливаются свои правила (православные или исламские соответственно).

Теперь возвращаюсь к началу разговора. Оказывается, моя эмоциональная реакция (как и аналогичная эмоциональная реакция многих других) имеет вполне рациональные корни.
Логика простейшая: не хочешь жить по их (православным, исламским) порядкам – убери их метку. Неготовность или неспособность ее уничтожить церковь воспринимает, как готовность к подчинению.

И не надо говорить про свободу совести и вероисповедания. Ни православные, ни мусульмане, этих свобод не признают. И пусть они не рассчитывают, что к ним будут относиться иначе, чем они сами относятся к окружающим.

Между прочим, в отношении хорьков применяется простой и действенный способ. Их кастрируют. Тогда они перестают метить территорию и бесконтрольно размножаться.
В социальных технологиях метод кастрации агрессивных конфессий пока не отработан. Но, видимо, пора этим всерьез заняться. Не бегать же, в самом деле, как дети, с бензином и спичками.

http://alex-rozoff.livejournal.com/11785.html

Жизнь vs церковь. Линия фронта

«Ты хотел войны. Ты ее получишь» (Чингисхан)

Дмитрий Бурлака, ректор Русского христианского гуманитарного института, (Санкт-Петербург) обнародовал размышления под заголовком «СПОСОБНО ЛИ ПРАВОСЛАВИЕ ВЫИГРАТЬ БИТВУ ЗА УМЫ НА ФРОНТЕ РОССИЙСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ?».
Ну, вот, линия фронта проведена, битва назначена. Пришло время выяснить, способны ли мы защитить наши семьи и нашу «языческую» цивилизацию от православного джихада.
Перед тем как поцеловать родных, поклониться дому и добровольцем отправиться на эту войну, можно выкроить несколько минут и уточнить некоторые детали.

1. За что воюют православные моджахеды?

Бурлака пишет «Язычество растворяет человеческую личность в объективном бытии - стихиях, страстях, обстоятельствах и интересах, тогда как христианство исходит из убеждения, что человек как подобие Творца выше внешних обстоятельств и способен их преодолеть». Современную общественно-признанную идеологию он характеризует так:
«Она не дотягивается до ветхозаветной концепции свободы как тотального подчинения человеческой воли божественной».
Общественное пренебрежение «волей божественной» нестерпимо для правоверного моджахеда. Такое языческое общество должно быть разгромлено и приведено к подчинению истинной вере. Разумеется, воля бога, согласно Бурлаке состоит в реализации учении московской патриархии. «Важнейшим обстоятельством является восприятие Русью христианства в его восточной (византийской) форме. Для христианина очевидно, что Православие будет и впредь являться фактором развития российской цивилизации».
Апологетов джихада не интересует мнение общества и интересы людей. Их интересует лишь то, что сказано в канонах веры, а там сказано: «православие будет и впредь!»
Когда в ходе предыдущей войны правоверных против цивилизации, в два приема (сначала православными, а потом мусульманами) уничтожалась Александрийская библиотека, были сказаны слова, с предельной ясностью отражающие антицивилизационную суть джихада:
«Если в этих книгах содержится то же самое, что в священном писании, то это – лишние книги. Если в них содержится что-то иное, то это – нечестивые книги. В любом случае их надо сжечь».
Такова была православно-исламская эпитафия примерно миллиону бесценных свитков, которые на протяжении 500 лет собирали по всему миру античные просветители. Цивилизация была разрушена. Исчезла наука, медицина, право, образование, управление экономикой. Исчезли даже такие простые, ставшие уже привычными, бытовые вещи, как водопровод. Наступили темные века – тысячелетие господства авраамических культов, культов страха, невежества, нищеты, голода, грязи, эпидемий и религиозных войн.
Целая эпоха – эпоха Возрождения – потребовалась, чтобы в общих чертах восстановить содержание этих свитков и воспитать поколение цивилизованных неверующих интеллектуалов. Лишь в XVIII веке наука была восстановлена до античного уровня и смогла развиваться дальше.
Сейчас цивилизованный мир находится в фазе стремительного научно-технического, социально-экономического подъема. Для авраамической идеологии это – недопустимое игнорирование «воли божественной», записанной в писаниях. Мир должен вновь погрузиться в средневековую клоаку.
Вот ради этой высокой цели моджахеды (как исламские, так и православные, как Бен Ладен, так и Дмитрий Бурлака) призывают к новому джихаду. И не важно, под каким символом джихад, под исламским полумесяцем или под православным крестом. Важно, что это – война против общественной установки на реальный информационно-материальный прогресс в интересах человека, против «языческой» цивилизации

2. Православный халифат – разрушение цивилизации

Бурлака пишет: «Структура современного сознания характеризуется комплексом установок: идея эволюции, представление о движении истории от формации к формации, убеждение в абсолютной ценности человеческой личности, вера в науку, оценка объектов с точки зрения их полезности, успех… Ругать эти ценности или отвергать их за "неправославие" - значит проиграть битву за умы, не начиная ее, это путь в катакомбы, в которых, безусловно, можно жить, даже совершать партизанские рейды в тыл "безрелигиозного" или "языческого" гуманизма и технократической цивилизации. Но не они, однако, приводят к действительной победе».
Вдумайтесь в эти слова: «Партизанские рейды в тыл гуманизма и технократической цивилизации». Что они конкретно означают? Вспомните Нью-Йорк, 11 сентября 2001 года, когда «воины аллаха» протаранили гражданскими самолетами с пассажирами на борту символ «языческой технократии» - башни-близнецы Всемирного торгового центра.
Вспомните взрывы в Московском метро и в Лондонском метро, и взрывы в пассажирских поездах неподалеку от Мадрида. Это и есть «партизанские» рейды. Но Бурлака – это не какой-нибудь скромный бард террористического джихада, ему этого мало, ему подавай полновесный православный халифат, в котором уничтожено право, отменена свобода слова, совести, религии и убеждений, разрушена техника и запрещена светская наука.
Читаем дальше: «Методологическая задача христианского просвещения глубже…В научно-методологическом плане христианско-просветительская модель может выиграть битву за умы интеллигенции, если сумеет раскрыть за блеском и нищетой светского гуманизма духовную глубину религиозных оснований человеческой личности, показав неотвратимость для человека и общества проблем личного бессмертия, человеческой судьбы в вечности и преимущество христианского ответа на них».
Чувствуете этот ни с чем не сравнимый аромат гнили, нечистот и паленой человечины? Так пахнет средневековый город, где нет канализации и водопровода, зато в изобилии есть церкви и инквизиция. Если вы подцепите здесь дизентерию, вас никто не вылечит, зато если вы изложите еретическую идею, вас очень быстро избавят от нее с помощью костра, дыбы и других убедительных христианских ответов на «вечные вопросы».
Бурлака пишет: «Инструментализм и прагматизм - это также идеология. Но вопрос стоит еще глубже. Образовательные модели, реализуемые через новые вузы - провозвестники новой эпохи. Дело не в капитализме и свободном рынке, а в том, что мир переходит из индустриальной эпохи в информационную. Знание приобретает такую силу, о которой не мог мечтать Фрэнсис Бэкон, производство и потребление информации приобретает совершенно специфичные черты. В этом свете проблема свободы и рабства человека встает с особенной остротой и в специфической форме. Новая эпоха предлагает христианско-гуманистической цивилизации новые мифы и новые идеологии, являющиеся неоязыческими по существу. Неоязычество возникает из своеобразного искажения идеи свободы, предлагая человеку миф об информационном "деидеологизированном" плюрализме. Церковь должна дать комплексный ответ, не сводящийся к запрету смотреть телевизор во время поста».
Ответ господствующей церкви на любые вызовы науки, техники, социальной философии всегда был одним и тем же: столб на площади и костер. Другого ответа у ортодоксальной христианской церкви и быть не может: от Цельса до Рассела не было в истории ни одного открытого диспута, который бы эта церковь не проиграла. Каждый диспут доказывал явно и неопровержимо: ее учение – вздор и свинство, ее адепты – негодяи и подонки общества, ее принципы – обман и насилие.
Вы слышите, люди? Пепел Джордано Бруно стучит в ваше сердце.

3. Почему я иду добровольцем на эту войну.

Я – рационалист, сторонник научно-технического прогресса и последователь религии Wicca. Джихад объявлен мне и как рационалисту, и как стороннику прогресса, и как виккану – «ведьмаку» и «неоязычнику».
Моя религия призывает к разумным компромиссам и осуждает любой конфликт, направленный на уничтожение людей и культур, в Wiccan Rede сказано: «Live and let live» (живи, и дай другим жить). Но я иду на войну, потому, что ни с какими моджахедами не может быть компромиссов. С православными моджахедами - тоже. В книгах, которые они называют священными, считают абсолютной истиной и словом своего бога, сказано:
«Приносящий жертву богам, кроме одного Господа, да будет истреблен». (Исход, 22:20).
«Побей его камнями до смерти, ибо он покушался отвратить тебя от Господа, Бога твоего» (Второзаконие, 13:10).
«Жертвенники их разрушьте, столбы их сокрушите, и рощи их вырубите, и истуканов богов их сожгите огнем» (Второзаконие, 7:5).
«И если какая душа обратится к вызывающим мертвых и к волшебникам, чтобы блудно ходить вслед их то Я обращу лице Мое на ту душу, и истреблю ее из народа ее». (Левит, 20:6)
«Ворожеи не оставляй в живых». (Исход, 22:18).
Какой компромисс может быть с силой, которая по своей природе враждебна человеку?
Какой компромисс может быть с эпидемией чумы или с нашествием саранчи?
Поиск компромиссов с агрессивным церковным движением, открыто говорящим: «я - ваш враг и я сотру вас с лица земли» - это политика полного бессилия и бесчестия.
Старое ремесло, викка, выдержала тысячелетнюю борьбу против ортодоксально-христианского тоталитаризма в Европе потому, что никогда не поступалась своими представлениями о чести, свободе и независимости.
Некогда всесильная ортодоксальная теократия в цивилизованном мире разгромлена, неотвратимый ход прогресса переломил ей хребет и вырвал ее ядовитые зубы. Она может только ползать в темных уголках Европы, рыться в отбросах и изредка плеваться ядом.
А мы живы и живо наше старое ремесло, наша религия.
Сила и жизнеспособность социальной группы проявляется только в открыто объявленной и реальной готовности к любому, даже предельно жесткому конфликту в случае угрозы своему праву на существование.
Сейчас – именно такой случай. В прошлом веке не добили восточно-христианскую теократию, и она снова подняла голову в России. И снова возникла линия фронта:
По одну сторону – православные моджахеды, которые хотят превратить эту часть мира в огромную клерикальную помойку средневекового образца. Это – мои враги.
По другую сторону – люди разных убеждений, готовые отстаивать цивилизацию, прогресс и свободу. Сражаться в одном строю с ними я почитаю своим естественным долгом.
Мы обязательно победим. Мы победим, даже если численный перевес будет какое-то время на стороне противника. Мы победим потому, что любой успех православных моджахедов в этой войне будет разорять их самих, причинять ущерб их сторонникам и нести всевозможные лишения их семьям. Господство православной церкви 100 лет назад уже привело страну к нищете, голоду, междоусобной бойне и распаду. И сейчас любая попытка возвращения этого господства отзывается признаками таких же бед. Они будут ослаблять сами себя и в один прекрасный день, как 100 лет назад, предстанут тем, чем и являются: испуганной толпой легковерных глупцов и кучкой амбициозных негодяев.
В этот день они проиграют войну, которую сами и затеяли. И мы постараемся, чтобы эта война была для них последней.

4. Что будет, когда мы победим.

Православных моджахедов, не устраивает положение одной из религиозных субкультур, они хотят быть единственными и общеобязательными. Послушать апологетов православия, так все науки и искусства исключительная заслуга их церкви. Как будто не было ни Античности ни Возрождения, ни Просвещения, как будто православная церковь – единственный фундамент цивилизации.
Доигравшись 100 лет назад до кровавой бани, эта церковь дождалась, пока свинство, которое она тогда творила от имени «отца, сына, святого духа и православного народа», перестанет быть актуальной темой. Теперь она снова завела старую шарманку о своей «культурообразующей роли» и жаждет провернуть все это по второму разу.
На самом деле православная церковь не дала ничего человеческой цивилизации.
Бестолковая имитация мысли в философии, дегенеративный трайбализм и паранойяльное ханжество в литературе, пещерный примитивизм в изобразительном искусстве и воинствующий обскурантизм в науке – вот плоды влияния православия на культуру.
А чего еще можно было бы ждать от православного мистицизма, в котором человеческий разум, чувства и тело объявлены скверными, а все лучшие человеческие качества – свободомыслие, знание, красота, любовь – считаются греховными и богохульными?
Единственный и закономерный продукт христианской ортодоксии – это темные века.
Но наглое вранье о «православных корнях культуры» заинтересовало постсоветскую политическую верхушку, искавшую какую-нибудь национальную идею – т.е. большую идеологическую ложь, которой можно оболванивать людей.
Сейчас создана целая индустрия, в которой церковникам приписываются достижения, с которыми они рядом не стояли, великие деятели науки и искусства посмертно «воцерковляются» (про них сочиняют, будто они были искренне верующими православными прихожанами). В учебники и популярную литературу включаются такие бредовые рассказы о «чудотворности» православного культового реквизита, которые даже первобытный индеец из дебрей Амазонки счел бы диким суеверием.
Когда мы победим (а мы обязательно победим), встанет вопрос, что делать со всем этим безобразием (в частности, с гражданином Бурлакой и с его единомышленниками). Что делать с их правоверной церковью, с их «христианскими институтами» и «духовными академиями», с их «народными движениями» за «православие, самодержавие и соборность» и за «исконно-посконную нравственность против вражьих влияний», с их «традиционной православной культурой».
Нет, разговор конечно не идет о том, чтобы взрывать храмы, сжигать иконы и расстреливать служителей культа. Мы – цивилизованные и, в разумных пределах, гуманные люди. Мы не тронем их культовую продукцию: хотя она и уродливая, но в нее вложен человеческий труд. Мы не тронем их лживых апологетов: хотя они и мерзавцы, но все равно на них распространяются естественные человеческие права. Мы просто поставим их в равные условия со всеми остальными. Этого будет вполне достаточно, для полного и окончательного уничтожения их дегенеративной субкультуры.
Они это понимают, и потому боятся нашей победы больше, чем боялись «воинствующих безбожников» большевистской эпохи.

5. Они правильно делают, что нас боятся.

Наша цель – равенство субкультур. Это значит, что никакой субкультуре не оказывается обязательного предпочтения и никакая субкультура не может рассчитывать на обязательный пиетет перед ней. Когда мы победим, в школьных и институтских учебниках истории православие будет характеризоваться, как «форма христианской ортодоксии, наиболее распространенная в Восточной Европе и Малой Азии», и не более.
Все лживые указания о «культурообразующей роли» или «нравственной миссии» какой-либо конфессии или церкви будут навсегда вычеркнуты из образовательных программ.
Ни одно церковное мероприятие не получит ни рубля из казны, а ни одна проповедь не будет транслироваться по государственным каналам СМИ иначе, чем на правах рекламы.
Ни одна сотка земли и ни одно здание не будет отдана в бесплатное пользование церкви, а
ни в одном государственном учреждении не будет ни одного культового предмета. Ни один чиновник, позволивший себе пропаганду любой иной конфессии, или разрешивший священнику переступить порог школы, не избежит штрафа и запрета на профессию. Когда мы победим, на любой государственной церемонии не будет никаких священников.
Когда мы победим, любая публичная пропаганда религиозного превосходства будет наказуема по суду за возбуждение религиозной вражды, невзирая на то, какая конфессия и из каких соображений этим занималась. И если в священных книгах христиан или мусульман написаны гадости про другие религии (а они там написаны), то им придется воздержаться от зачтения соответствующих цитат во время публичных выступлений.
Это и есть ни что иное, как религиозное равноправие. Мы не против какой-либо религии, церкви или конфессии. Пусть каждый исповедует, что хочет и как хочет, но на равных с другими условиях и с соблюдением общих норм, записанных в светских правовых актах.
А в искусстве пусть каждый выражает себя, как хочет. Художественное творчество это территория свободы. Православные писатели могут творить драмы о крещении ежика белочкой, антиутопии о мечети парижской богоматери или исторические романы об истязании мучеников древней церкви злыми язычниками. Авторы, предпочитающие менее ортодоксальный жанр, пусть себе на здоровье создавают перформансы об Иисусе, рекламирующем кока-колу или о романе Иисуса с Марией Магдалиной, как у Дэна Брауна в «коде да Винчи». Те, кому ближе вишнуизм, вольны описывать идеальное общество под управлением брахманов, а кто предпочитает Авесту – пусть, если хотят, расскажут захватывающие истории о влиянии звезд на перипетии человеческой жизни.
Мусульманам, кстати, тоже никто не помешает распространять как ортодоксально выдержанные произведения, так и «сатанинские стихи» Салмана Рушди.
Дальше пусть история рассудит, какая культура интереснее. Как заметил недавно один протестантский автор, культура принадлежит все-таки народу, а не какой-либо конфессии.
Трудно с этим не согласиться. Культура – это то, что близко народу, а не то, что некие инженеры человеческих душ сочли «вечными духовными ценностями народа». Как-то последнее время квалификация этих инженеров и уровень этих ценностей вызывают серьезнейшие сомнения, пора бы отучить этих самоуверенных парней от дурной манеры говорить за всех. Пусть народ сам решает в условиях свободного доступа к образцам разных светских и религиозных трендов в культуре, вот тогда и посмотрим, какие ценности – вечные, а какие – не очень. И если в результате «Право Славие» окажется там же, где «Слава КПСС» - значит, так тому и быть. Забвение – великий ассенизатор цивилизации. Приговор его лопаты - окончательный и обжалованию не подлежит.

http://girin.livejournal.com/11488.html

Критическая масса

1. Введение. Не нуждается в комментариях.

В 1 ч. 45 мин. 6 августа 1945 г. бомбардировщик Б-29 под названием "Энола Гэй" поднялся с Марианских островов и взял курс на Японию. В 7 час. 30 мин. утра он был у цели -- города Хиросима -- и, выйдя на боевой курс, сбросил на парашюте бомбу, которая взорвалась в 8 час. 15 мин. на высоте 500-600 метров над землей. Взрыв раздался над деловым центром города в час, когда люди спешили на работу. В результате в радиусе 1-1,5 км от эпицентра взрыва в одно мгновенье люди просто испарились, оставив в память о себе лишь тени. Чуть дальше высокотемпературное пламя сохранило пепел и обгорелые кучи костей. Пронесшаяся сразу ударная волна разрушила в радиусе 3 км то, что не успело расплавиться при вспышке, и понеслась дальше, превратив город в пустыню. Начавшееся следом радиоактивное заражение плотностью около 400 рад -- смертельная доза для человека -- завершило дело. Точное число жертв неизвестно до сих пор... (Энциклопедия "Япония от А до Я")

В 1209 г. Иннокентий III предпринял против альбигойцев крестовый поход. Собранное войско, состоящее преимущественно из любителей легкой наживы, в течение 20 лет разоряло южную Францию. Апогеем этой так называемой "Лангедокской войны" явилось полное уничтожение населения г.Безье - около 20 тыс. человек без разбора пола, возраста и вероисповедания. Именно там была произнесена знаменитая фраза: "Убивайте всех, Бог на небе узнает своих!" На Тулузском соборе 1229 г. были поставлены строгие правила относительно разыскивания еретиков-альбигойцев и их наказания. В 1232 г. папа Григорий IX учредил для расследования альбигойской ереси инквизицонный суд, управление которым предоставил доминиканскому ордену. Папа Иннокентий IV разрешил в 1259 г. применение пыток против еретиков. В конце XIII века альбигойцы были окончательно истреблены. (Дмитрий Таевский. "История религии")

Тут одного я боюсь: чтобы как-нибудь ты не подумал,
Что приобщаешься мной к нечестивым ученьям, вступая
На преступлений стезю. Но, напротив, религия больше
И нечестивых сама и преступных деяний рождала...
Вот к злодеяньям каким побуждала религия смертных.
(Тит Лукреций Кар. "О природе вещей". Книга I)

2. Атомная бомба и библия. Системные аналогии.

На самом деле, речь пойдет не о ядерной физике и даже не о ядерном оружии. Упомянутая атомная бомба будет использована в мирных научных целях - просто как эталон убойной силы оружия массового поражения.
Этим эталоном мы воспользуемся для измерения гораздо более опасного и смертоносного инструмента: мировых религий, вплетенных в систему социальных мотиваций.
"Но, - заявит кто-то из современных европейских христиан - ведь на религии основаны представления о добре и зле мораль и нравственность, десять заповедей..." и т.д.
К сожалению, он будет абсолютно прав.
Потому что представления о добре и зле мораль и нравственность для большей части жителей нашей планеты основаны на религии. А религии, в которых присутствуют эти самые десять заповедей (т.е. христианство, ислам и иудаизм), наиболее распространены - каждый второй житель планеты считает священной книгой или библию или коран. Все эти три религии называются авраамитскими - поскольку в основе их системы ценностей лежит миф о жертвоприношении Авраама из книги Беришит (Бытие).
Напомним фабулу.
Авраам получает от бога приказ принести в жертву своего единственного сына - и, ни минуты не задумываясь, начинает подготовку к этому акту. Вот подросток уже лежит на жертвенном камне, в руке его отца - нож... Но происходит чудо, бог прекращает процедуру. Готовность Авраама без колебаний принести в жертву своему богу самое дорогое - единственного сына - подтверждена. Бог доволен и обещает роду Авраама многочисленность и военные победы.
Так мифологически устанавливается жесткий приоритет: обязанности перед богом неизмеримо выше каких бы то ни было обязанностей перед любым человеком, будь то хоть отец или мать, хоть муж или жена, хоть ребенок. Поэтому и 10 заповедей сконструированы так: первые 5 заповедей - обязанности перед богом и только последние 5 устанавливают некоторые нормы межчеловеческих отношений.
Это - очень важная особенность авраамитских религий и связанной с ними авраамитской религиозной морали. Любой, даже самый чудовищный поступок, с легкостью может превратиться в одобряемое общеобязательное действие. Для этого необходима сущая мелочь - приказ бога.
"Ничего себе мелочь, - возмутится кто-то из современных европейских христиан - ведь непосредственное изъявление воли бога человеку - редчайшее чудо, откровение, происходящее, быть может, раз в тысячелетие..."
И он снова будет абсолютно прав.
Даже если предположить, что какой-то бог существует, и что он может обращаться со словами повеления непосредственно к человеку, ни в одной религии такое событие не признается достаточно частым, чтобы учитывать его в повседневной практике.
Именно поэтому любое религиозное объединение авраамитского типа на определенном этапе роста и концентрации создает специальный институт жрецов - священнослужителей.
Функцией этого института как раз и является отдача приказов от имени бога (коль скоро сам бог делает это слишком редко и нерегулярно).
Правоверные! - говорит главный жрец, - бог хочет чтобы вы.... И далее следует повеление, которое для членов соответствующего религиозного объединения имеет силу высшего закона.
Если бог хочет, чтобы они отдали все свое имущество - они отдадут, пусть только скажет, кому. Если бог хочет, чтобы они умерли - они умрут, пусть только скажет, когда. Если бог хочет, чтобы они убили - они убьют, пусть только скажет, кого.
Некую предельную численность членов объединения (с учетом плотности населения и еще некоторых социальных факторов), после которой подобное становится возможным, я назову критической массой - по аналогии с таковой у делящихся материалов (урана-235, плутония-239 и т.п.).
Если критическая масса достигнута - взрыв возможен в любой момент.

3. Ядерные и авраамитские средства массового поражения. Сравнительная характеристика.

Поражающая сила ядерного взрыва в Хиросиме была такова, что число погибших от самой бомбардировки составило более130.000 человек и от ее последствий составляет на сегодня около 227.000. Ядерный взрыв в Нагасаки уничтожил более 60.000 человек, а с учетом последствий унес к сегодняшнему дню жизни около 129.000. человек.
Какова поражающая сила авраамитского взрыва?
В1209 г. в г.Безье (южная Франция) было убито 20.000 мирных жителей за 1 день, а за 20 лет "крестового похода против альбигойской ереси" (1209 - 1229) в Окситании уничтожено 2.000.000 "еретиков". Общее число погибших от деятельности французской инквизиции никто не считал, но отдельные эпизоды дают представление о масштабах бедствия. В Париже в ночь на 24 августа 1572 г. (Варфоломеевская ночь) было убито более 2000 человек. В течении нескольких последующих дней во Франции были убиты несколько десятки тысяч "еретиков". Более точных данных нет. В один из дней 1577 году во французском городе Тулузе сожгли 400 "ведьм". Данное событие попало в хроники лишь только из-за того, что все 400 несчастных женщин были сожжены в одном большом костре. Летописцу это показалось достойным упоминания. Само же количество казненных за день "ведьм" представлялось вполне обычным.
Хуан Льоренте в "Критической истории испанской инквизиции" пишет:

"без существования этого (инквизиционного - А.Р.) трибунала и влияния его принципов в Испании насчитывалось бы на двенадцать миллионов человек больше против теперешнего населения, которое исчисляют в одиннадцать миллионов"

12.000.000. Впечатляет.
Не меньше было число жертв тридцатилетней религиозной войны между католической и протестантской лигой. Если население Германии в 1618 г. составило около 16 млн. человек, то к 1648 г. оно сократилось вчетверо - до 4 млн.
Не составит особого труда привести данные о массовом уничтожении людей в результате применения других авраамитских верований.
Так православие в Византии уничтожило в IX в. более 100.000 "еретиков" павликиан, а православие в России на рубеже XVII и XVIII в. истребило множество "еретиков" - старообрядцев (цифры приводятся разные, число репрессированных доходит до 10.000.000 человек, но неизвестно сколько из них было убито, а сколько - изгнано или пропало без вести ).
Ислам в Турции в конце XIX - начале XX в. уничтожил более 300.000 армянских христиан (армянские источники называют до 1.500.000 жертв)..
Что касается иудаизма - то данные о числе жертв приведены непосредственно в библии (как бы они не были преувеличены, но поголовное истребление "правоверными" населения "еретических" городов в XI -XII в.в. до н.э. вряд ли является выдумкой авторов).
Полагаю, что перечисленные фактические данные достаточно характеризуют поражающие факторы "авраамитской бомбы".
Можно уверенно говорить о том, что "авраамитский удар" в сравнении с ядерным ударом обладает потенциально примерно в 5 раз меньшей мгновенной эффективностью поражения, зато примерно в 6 раз более длительным сохранением поражающего действия.
Т.е. поражающая способность авраамитских религиозных систем практически равна поражающей способности ядерного оружия.
Этот вывод справедлив в отношении поражения как человеческого ресурса (гражданского населения), так и городской, транспортной и иной материальной инфраструктуры.
Так христианизация Рима в середине IV в. привела к тому, что к VI в. население сократилось в 10 раз, водоснабжение было прервано, транспортные пути пришли в негодность, здания полностью или частично разрушены, носители информации - уничтожены, промышленность исчезла, сельское хозяйство вернулось к неолитическому уровню. По городу бродили дикие звери, в провинциях население кое-где бросало дома и переселялось в пещеры.
Следует дополнительно отметить, что авраамитские средства массового уничтожения, в отличие от ядерного оружия, не требуют ни значительных финансовых затрат, ни сложных технических средств для изготовления боезаряда, его доставки на цель и приведения в действие.
Особенность этих средств уничтожения в том, что население самостоятельно, подручными средствами, уничтожает себя и средства собственного жизнеобеспечения. Данная особенность очень важна и мы еще вернемся к ней ниже.

4. Победа разума, оказавшаяся короткой передышкой.

В середине XVII в. авраамитским религиозным системам (и прежде всего - христианству) был нанесен тяжелейший удар. Логика экономико-политического развития Европы потребовала создания новых технологий и мобильного образованного трудового ресурса - причем потребовала всего этого незамедлительно. В условиях жесточайшей межнациональной конкуренции поддержание уровня доверия к господствующим церквям в ущерб технико-экономическому потенциалу стало для европейских государств непозволительной роскошью.
Результаты такого положения вещей не заставили себя ждать.
XVIII в. Православная церковь в России приведена Петром I в подчинение светской власти, патриаршество упразднено, а управление передано в 1721 г. специальному министерству - синоду. 1797 г. Католическая церковь повергнута Наполеоном. Ее властные институты запрещены, как общественно-вредные и противоречащие светским принципам государства.
XIX в. Торжество просвещения. Прорывы в науке и технологии следуют один за другим. Строение вселенной и строение атома, возможность исследовать дно океана и мечта долететь до звезд. Все в мире принадлежит людям, просто люди еще не все научились использовать - вот девиз XIX века. Европейские государства пока еще являются строго-христианскими, но для интеллектуальных кругов вера в бога библии воспринимается уже как признак невежества, а единственным адекватным ответом на вопрос о боге становятся слова Лапласа: "Я не нуждаюсь в этой гипотезе".
Первая половина XX в., отмеченная двумя мировыми войнами, казалось, сделала всей цивилизованной части человечества вечную прививку от авраамитского комплекса. Что рассказы о неком сыне бога, искупившем грехи людей на кресте? У того, кто видел сотни людей умирающих посреди своих внутренностей, перемешанных с грязью, они могли вызвать лишь нервный смех. Тем более, что на первую мировую войну солдат благословляли полковые священники и военные капелланы - именем того же Иисуса Христа призывая расстреливать ближних из пулеметов, давить гусеницами танков и травить ипритом.
Не прибавила христианству популярности и неприкрытая радость католической церкви в связи с распространением фашизма в Европе. В 1929 году папа Пий XI заключил конкордат с Муссолини с целью, в частности, объединения церкви с фашизмом против атеистического мировоззрения. После разгрома фашизма это чуть не положило конец существованию папства и уж во всяком случае опустило международный авторитет церкви ниже уровня городской канализации. То же случилось и с авторитетом православной церкви - когда всплыли многочисленные факты ее тесного сотрудничества со сталинским НКВД.
Отныне лозунг "с нами бог" (Gott mit uns - гравировка на пряжках форменных ремней войск СС) воспринимается как "красный сигнал", как символ потенциальной опасности существованию цивилизации. "Не надо думать! С нами тот, кто все за нас решит" - этой фразой, вложенной в уста оболваненного и обреченного солдата нацистской армии, Владимир Высоцкий поставил окончательный диагноз всем, кто слепо верит старым и новоявленным мессиям и спасителям.
Казалось бы, авраамитское оружие массового поражения можно смело сдавать в военно-исторический музей, где оно заняло бы место где-то между баллистой и кирасой...
Вторая половина XX в. Человек вырвался в космос. Высадился на Луну. Отправил первые автоматические аппараты к Марсу и Юпитеру. Человек научился использовать энергию атомного ядра для своих повседневных нужд. Человек создал единую мировую компьютерную сеть. Человек стал действительно хозяином планеты и ее окрестностей. Человек приготовился к рывку в дальний космос...
И что?
Мир оказался не так прост, как представлялось столетие назад. Структура вселенной, как выяснилось, не столь точна и механистична - наоборот, она прерывиста и расплывчата. Так называемому "простому человеку" все это непонятно. Столь же непонятен и сложен оказался для него постиндустриальный мир на родной планете - с его перманентной научно-технической революцией, транснациональными корпорациями, падением авторитета национальных правительств и размыванием "традиционных" ценностей, оставшихся в наследство от прошлых эпох.
Сакральные основы миропорядка пошатнулись и на смену энтузиазму пришла опасливая неуверенность - а что там ждет впереди? Тем более, сокращение рабочего дня в развитых странах привело к непривычному избытку свободного времени, часть которого человек стал естественным образом тратить на размышления о жизни вообще.
Цивилизованная часть мира почувствовала себя сыто, благоустроенно и... испуганно.
Вот тут-то все и началось.
Как известно, первых в мире богов родил страх. Во второй половине XX в. страх воскресил богов. Старое и, казалось, негодное, оружие было извлечено на свет, очищено от накопившейся почти за 200 лет ржавчины и пущено в ход.
Кем?
Ну конечно же теми национально-политическими элитами, которые были очень недовольны тем положением простых наемных управленцев, которое выделило им современное десакрализованное, в большинстве своем атеистическое, общество.
Они хотели вернуть "традиционное" сакральное преклонение перед властью, как явлением "от бога".
И они готовы были за это платить. В первых рядах заказчиков, как обычно, была политическая элита США.

5. Начало клерикального реванша. Креационизм.

Креационизм (набор схоластических приемов для борьбы библейской догматики против светской науки) возник в США почти сразу же после объявления папой Пием IX фашистско-христианского антиатеистического альянса. Первое креационистское общество было создана группой кальвинистов - конгрегационалистов. Этот вид протестантского христианства известен своим библейским радикализмом (вообще свойственным протестантам), склонности к теократическому подходу в сфере государственного управления и массовыми казнями "ведьм" в штате Массачусетс в конце XVII в. Тем не менее, данная конфессия остается в США весьма многочисленной.
Крах фашизма на некоторое время приостановил распространение креационистской идеологии и на политической арене это учение появилось лишь в 1961 г. В США была издана книга "The Genesis Flood" (Morris, Whitcomb) в которой утверждалось, в частности, следующее
- Вселенная была создана Богом на протяжении шести дней 10 000 лет назад,
- Второй закон термодинамики начинает действовать с момента греха Адамы и Евы,
- Ной спас на своем ковчеге по паре от каждого из 17 500 видов животных.
Судя по огромному успеху книги, общественное мнение было заранее подготовлено. Подготовлено было и мнение законодателей. В 1970 г. в штатах Арканзас и Луизиана был принят закон о преподавании креационизма Морриса в общеобразовательной школе (в настоящее время в части школ США преподается курс, написанный Томом Уиллисом из Американской Ассоциации Креационистской Науки).
Только тогда ученые, наконец, проснулись. Креационизм и сходные "библейские науки" были охарактеризованы в научных кругах как "анти-интеллектуальное" движение. Был сделан очевидный вывод о том, что распространение этой системы в обществе может иметь фатальные последствия для общего уровня образования людей. Наиболее активная часть научной элиты стала доискиваться причин странной популярности "библейской науки".
Психологи начали выдвигать глубокомысленные гипотезы о том, что атеистическая наука, естественная космогония и эволюционная теория отнимают у людей смысл жизни и уважение к себе, а христианский взгляд на мир, "библейская наука" и, в т.ч., креационизм, наоборот, приносят уверенность и чувство избранности человеческого рода.
Никому почему-то не пришло в голову искать причины не в каких-то глубинах человеческой психики, а в элементарном комплексе приемов, прекрасно известных в шоу-бизнесе и политических технологиях... "эх, ученые, хвостом вас по голове" (как говаривал дон Румата Эсторский из прекрасной новеллы братьев Стругацких "Трудно быть богом").

Между тем в 1976 г. протестантские и католические движения клерикального реванша сомкнулись. В США создана организация "Проект Исследования Туринской Плащаницы". Собственно туринская плащаница представляет собой одну из множества культовых товаров, изготовленных в средние века в Италии для продажи паломникам (наряду со щепками и гвоздями от голгофского креста, частями тел святых и пр.). Однако, хорошо профинансированная PR-компания убедила массу людей в том, что именно в этот кусок материи был завернут Иисус Христос после казни. Количество доверчивых паломников превзошло все ожидания и не только обогатило организаторов, но и показало, насколько быстро средний житель "цивилизованного запада" возвращается к средневековому уровню восприятия мира.
В том же 1976 г. произошло еще одно занятное событие, уже касающееся России. В США (штат Вермонт) переселился известный своими православно-клерикальными взглядами и ненавистью к атеизму диссидент А.И.Солженицин. Через 6 лет, в 1983 г. в Лондоне он прочтет "темплтоновскую лекцию", где скажет:

"Если бы от меня потребовали назвать кратко главную черту всего XX века, то и тут я не найду ничего точнее и содержательнее, чем: "Люди -- забыли -- Бога." Пороками человеческого сознания, лишённого божественной вершины, определились и все главные преступления этого века. И первое из них -- Первая мировая война, многое наше сегодняшнее -- из неё. Весь XX век втягивается в крутящую воронку атеизма и самоуничтожения.."

Будь это сказано глубоко верующим человеком в разгаре второй мировой войны - это еще можно было бы объяснить, хотя тезис об "атеистических" причинах первой мировой, развязанной христианскими монархиями (а прекращенная атеистическими революциями) и в этом случае смотрелся бы непристойно. Но это было сказано после 20 лет без единой войны в цивилизованной части мира. Это сказано после подписания всеобщей декларации прав человека (1948). После первого дружественного визита Хрущева в США (1959). После начала добровольного ядерного разоружения сверхдержав (1970)...
Александр Исаевич Солженицин, кумир диссидентского движения 60-х, вдохновенно врал. Врал о религии и атеизме, о людях и о стране, в которой родился.
Эта ложь была быстро была востребована в Восточной Европе где тоже появилась тенденция десакрализации власти. Здесь, как и на Западе, политическая элита не желала соглашаться со статусом наемных управленцев, назначенных обществом. Им тоже хотелось ореола богоизбранности.
Первым проводником новой (точнее, хорошо забытой старой) идеи здесь стал югославский коммунист и банкир Слободан Милошевич, с 1978 по 1983 г. почти постоянно живший в США. Вернувшись на родину, он начал быстро сделал партийную и в 1986 г. был выдвинут на пост первого секретаря ЦК СК Сербии. И вот 24 апреля 1987 г. - звездный час Милошевича на Косовом поле. Партия встает на путь создания Великой Сербии (православной, разумеется), а сам Милошевич позиционирует себя как первый крестоносец.
Результаты блестящие - на выборах 1989 г., при поддержке Сербской Православной церкви и связанных с ней националистов, Милошевич становится президентом. После этого он немедленно аннулирует автономию Ко